…чтобы в нашем монастыре были главными не сестры, живущие в нем, а люди, которые к нам приходят.

Беседа с игуменией обители Евфросинией (Лаптик)

Вы были одной из первых сестер милосердия, которые решили избрать монашеский путь. Как это произошло?

До прихода в храм я всегда чувствовала фальшь в отношениях между людьми. Я думала, что надо жить не так. Часто в детстве, ложась спать, я мечтала проснуться — и чтобы все было по-другому. Приходили мысли: вот сейчас ты являешься частичкой целого, а повзрослеешь — и тебе придется стать обособленным. Этого мне очень не хотелось.

У каждого человека наступает в жизни момент, когда Бог касается его сердца. У меня возникали вопросы внутри, и была потребность искать ответы на эти вопросы. Однажды я зашла в Петро-Павловский храм и там увидела сестер милосердия, и мне захотелось быть в их числе.

То есть Вам понравился их внешний облик? Недаром люди в городе говорят, что сестры похожи на ангелов.

Я уже не помню свое впечатление от внешнего облика. Просто я видела батюшку, сестер, их общение между собой, видела их лица, глаза, и мне хотелось стать похожей на них, хотелось быть вместе, быть в их семье.

Почему Вы решили стать монахиней?

Когда я уже была в сестричестве, я о монашестве не думала. И когда начали строить храм и говорили, что, может, будет монастырь, я на тот момент не ставила перед собой такой цели — уйти в монастырь. Но я понимала, что Господь ведет меня к этому, что это воля Божия.

В чем главное отличие монаха от мирского человека, и существует ли вообще это отличие?

Любой православный человек, христианин призван к тому же, что и монах. Единственное отличие, наверно, — монаху легче. Он живет в монастыре, где все способствует тому, что человек может сосредоточиться, помолиться. Мне кажется, монах должен отличаться от мирского человека вот в чем: в нем должно быть больше благодарности.

В каждом монастыре есть свои особенности, свой дух. Чем отличается Свято-Елисаветинский монастырь от других?

Послушница Ольга как-то рассказывала, что когда она ездила в Витебск, там у нее спросили: «Все монастыри имеют свою святыню − мощи или чудотворные иконы. А что в вашем монастыре есть?» Она ответила: «Больница».

Мне бы хотелось, чтобы в нашем монастыре были главными не сестры, живущие в нем, а люди, которые к нам приходят. И мне кажется, что в какой-то степени, хоть и маленькой, оно так и есть.

Наш монастырь открыт миру — служение в больнице, деятельность мастерских, участие в православных выставках и так далее. Не мешает ли все это внутренней жизни монашествующих?

Я думаю, только помогает. Потому что это Божие благословение, это послушание Церкви, а через послушание человек и учится жить с Богом. Если всех сейчас посадить в кельи, то многие не будут знать, что и делать. А через общение, через ближнего мы учимся себя познавать.

Вы долгое время, 10 лет, ходили к больным в наркологическое отделение. Расскажите, пожалуйста, об этом послушании.

Я могу только сказать, что это послушание было моей жизнью, оно помогло мне стать монахиней, и я очень благодарна Богу за него.

Каких святых Вы почитаете особо?

Преподобную Евфросинию Полоцкую, преподобного Сергия Радонежского, батюшку Серафима Саровского, святого Иоанна Русского, страстотерпцев Бориса и Глеба…

А Вы можете сказать, чем именно они Вам близки?

Может быть, тем, что они наши соотечественники, в какой-то степени даже наши родственники. Душа как-то чувствует их близость.

Монастырь – это семья. Как Вы думаете, через что сестры становятся ближе друг к другу?

Конечно, в первую очередь − через Таинства Церкви, а в повседневной жизни − через преодоление себя, через прощение обид.

Ваше имя – Евфросиния – означает радость. Что приносит Вам радость в монашеской жизни?

Богослужение. Еще радостно, когда удается преодолеть себя.

А сестры Вас радуют?

Конечно. Насколько огорчают, настолько же и радуют.

Что вы пожелаете сестрам в день празднования 10-летия монастыря?

Благодарить Бога.