Елена Натыкина

Взрослые деятельные люди со своим миром — больным ребятишкам, живущим в четырех стенах дома-интерната и искренне радующимся появлению там каждого нового человека? Или эти, казалось бы, совсем несчастные дети, лишенные родительской любви и ласки, — взрослым? «Они нам нужны больше», — убежден один из ведущих актеров Национального академического драматического театра имени Максима Горького в Минске Александр Жданович. И духовник Свято-Елисаветинского монастыря и сестричества при обители протоиерей Андрей Лемешонок любит повторять, что не столько мы им нужны, сколько они нам, чтобы открыть в себе красоту и доброту души, оставить после себя плоды добрых дел.

В этом психоневрологическом интернате для детей, пораженных тяжелым недугом (некоторые из ребятишек без посторонней помощи вообще не могут обойтись), постоянно проживает около 200 подопечных. Духовенство и сестричество Свято-Елисаветинской обители, которую в Минске и за пределами белорусской столицы называют «обителью добрых дел», опекают ребят, даря им любовь и заботу.

По праздникам здесь служатся молебны. Дети их очень ждут. Регулярно причащаются. Глядя на них, многие думают, что не зря таких детей издавна называют Божиими. Поссорившись, они не держат зла — быстро мирятся и молятся за обидчиков. В монастыре говорят: «Эти дети — наша скорбь и тревога, отрада и утешение. Мы им рассказываем, что у них есть Небесный Отец, Который всегда их видит, любит, прощает, и есть Небесная Заступница — Пресвятая Богородица. Ребячьи сердца откликаются на наши слова».

Особая страница в жизни интерната — это творческое развитие его воспитанников. Сестры и братья с ними рисуют, для них ставятся спектакли-сказки. Вот уже несколько лет здесь существует собственный театр.

С руководителем этого уникального театра — лауреатом театральных фестивалей и кинофестивалей, ведущим детской телепередачи «Калыханка» Александром Ждановичем мы побеседовали в Москве в Доме малютки в Лефортово, где Александр показывал спектакль «Доктор Айболит».

Александр, благодаря «Калыханке» Вас знают, можно сказать, все белорусские дети. Уже не одно поколение зрителей выросло на Ваших вечерних рассказах.

Да, иногда подходят на улице незнакомые молодые люди, весело здороваются со мной и крепко жмут руку. Детская передача «Калыханка» идет на белорусском телевидении тридцать лет. И половину этого творческого пути, то есть пятнадцать лет, я являюсь ее бессменным ведущим. «Калыханка» переводится с белорусского языка, как вы, наверное, догадались, — «колыбельная». Это аналог русской программы «Спокойной ночи, малыши!». Мой герой, ведущий программы, — поэтически настроенный художник Маляваныч. Имя персонажа произошло от белорусского слова «малявать» — то есть «рисовать». Маляваныч рассказывает разные поучительные истории, а дети его слушают и, насколько я знаю, с удовольствием рисуют.

Вместе со мной тогда в программу пришла новая команда, были созданы более современные куклы (до этого главный акцент делался на народном творчестве). Признаться, я не раз собирался уйти из передачи. Считал, что имидж детского ведущего мешает моему карьерному росту в театральном искусстве. Ведь у меня на телевидении, как я уже говорил, образ художника-поэта в очках, человека мечтательного и несерьезного. А хотелось чего-то иного, более солидного. Очень хотелось реализовать себя в кино, сыграть большую — «главную» роль.

Однако Господь все управил. Как-то один мой друг сказал, что в этом мире все проходит и сыгранные роли забываются. Мол, пройдет десять, двадцать лет, полвека — многое уйдет, как вода в песок, но вот «разумное, доброе, вечное» останется. И тогда я понял, что мне нужно продолжать вести детскую программу. Полностью согласен с русской пословицей: «Что посеешь, то и пожнешь». Много чего я посеял за свою жизнь не очень хорошего, но, слава Богу, что все эти годы у меня есть замечательная возможность помогать воспитывать огромную армию маленьких людей на добрых идеалах. Не одно поколение по-хорошему вспоминает Маляваныча. И мне думается, что это гораздо ценнее, чем всякие призы, награды и грамоты.

Вот уже около восьми лет я являюсь прихожанином Свято-Елисаветинского монастыря в Минске. В храм пришел благодаря моей супруге Людмиле. Мы с ней познакомились, когда учились в Белорусском государственном театрально-художественном институте. Люда — на кукольном отделении, я — на отделении драмы. Полюбили друг друга, поженились, сейчас воспитываем двоих сыновей. В этом году исполнилось двадцать пять лет, как мы женаты. Получается, что наши чувства выдержали испытание временем.

А как получилось, что Вы стали режиссером такого необычного театра при интернате?

Опять же благодаря моей супруге. Повторюсь, что по образованию Люда — актриса театра кукол. И уже восемь лет она трудится в сестричестве Свято-Елисаветинской обители. Сестры милосердия, окормлявшие интернат, где живут дети с особенностями развития психики и физического развития, оставленные родителями, предложили моей жене приходить и развлекать ребят, показывая им кукольные спектакли. И Люда очень прониклась общением с детками, а затем, спустя какое-то время, привела и меня к ним.

Вместе с ней мы организовали небольшой семейный проект — театр «Пчелка». На первых порах реакция ребят не всегда была адекватной. В первый раз, помню, у меня появилось довольно тягостное ощущение. Дети шумели, не могли сосредоточиться. И мне тогда подумалось, что между нами, актерами, и этими непростыми зрителями стоит стена, которую вряд ли можно будет разрушить. Но со временем многие подопечные интерната привыкли ко мне — спектакли стали смотреть с интересом. Я видел, как они на глазах меняются в лучшую сторону.

Прошли годы. Мы стали не только показывать спектакли, но и предлагать ребятам поучаствовать в них. Все делалось постепенно: вначале пригласили несколько человек, особо заинтересовавшихся. Чуть позже почти все болящие дети стали проситься что-то сыграть. Если сравнить наши первые приходы в интернат с нынешним днем, то можно сказать, что это небо и земля, — настолько все изменилось! Ребята стали более развитыми. Участие в спектакле или просто просмотр делают их жизнь более разнообразной и, как я верю, чуть-чуть счастливее. И нашу — тоже!

Какие спектакли Вы ставите со своими подопечными?

Самые популярные из мирских постановок — это любимые многими маленькими зрителями сказки «Буратино» и «Айболит». Но главные спектакли приурочены к великим православным праздникам — Рождеству Христову и Пасхе. Помимо нас с женой, в спектаклях участвуют братия и сестры монастыря. Совершенно неоспоримо благотворное влияние театра. Ведь ясно, что ребенок, играя, развивается.

В конце постановки дети-актеры выходят на сцену и поют: «Мы желаем счастья вам…» Сидишь и думаешь: «Эти дети желают счастья, значит, они знают, что это такое. Значит, у нас, часто погружающихся в суету и мелочные хлопоты, какое-то не такое понятие о счастье». Словом, все люди, которые работают с обездоленными детьми: это и самоотверженные сотрудники интерната, и члены сестричества во имя преподобномученицы Елисаветы Феодоровны, — все они помогают по-другому взглянуть на жизнь, понять, что же такое счастье.

Александр, что, на Ваш взгляд, главное в работе с «особыми» детьми?

Конечно, молитва, которая звучит в интернате. Священники, окормляющие его, приходят сюда часто. Очень хорошо, что на территории интерната есть храм во имя святителя Нектария Эгинского.

Вообще, я на собственном примере и примере других убедился, что работа с «особыми» детьми — это воспитание в себе любви и жертвенности. И какое счастливое чувство ты испытываешь, когда приходишь к ним, а они тебя встречают гурьбой, начинают обнимать с искренней, неподдельной любовью!

Фото инокини Елены (Страшновой)
По материалам газеты «Православная Москва»
№ 1, 2012 год